Две стороны Ze-дигитализации

< Назад до записів

Едва отметив свои первые 100 дней, новая власть заявила о своих приоритетах, один из которых – т.н. дигитализация, то есть перевод документооборота в электронный вид. В правительстве появился не просто министр, а вице-премьер, он же «министр цифровой трансформации» – Михаил Федоров. Министерство, которое возглавил Федоров, создано в Украине впервые. Господин Федоров утверждает, что часто общается с Владимиром Зеленским, и, по его словам президент Украины считает задачу дигитализации в уменьшении роли государства в жизни обычного человека, создать "державу в смартфоне".

В появлении «цифрового министра», вообще говоря, нет особой новизны. Подобные министерства созданы во многих странах – в Польше, Германии, Британии, России… Разнятся акценты и названия. Например, в Британии это «Министерство цифровых и творческих индустрий», в Польше – «Министерство цифровых дел», в Германии – Министерство транспорта и цифровой инфраструктуры. Да и начата была дигитализация, вообще говоря, давно - с тех пор, как в госучреждениях появились компьютеры. Дигитализация, это процесс эволюционный. Но у нас появился зампремьера по "цифровой трансформации", а это звучит загадочно.

Остаются и другие вопросы...

 

Дигитализация и цифровая трансформация – что это, куда и откуда?

Дигитализация (она же цифровизация) это трансформация бизнеса, подразумевающая использование цифровых технологийдля повышения производительности компании и улучшения опыта взаимодействия с клиентами. Чаще всего, целью дигитализации считается «удовлетворение нужд потребителя, которые меняются вместе с развитием технологий, а именно – создание более комфортного и оперативного взаимодействия клиента с компанией». Одним из первых пропагандистов ее стал Билл Гейтс, изложив свои аргументы в книге «Бизнес со скоростью мысли» 1999 года. С выводами компьютерного гуру спорить трудно: «движение информации — главный фактор успешного бизнеса в компьютерную эру». Кто спорит?

Цифровая трансформация – это более широкое понятие. Инициативы по цифровой трансформации обычно включают в себя несколько проектов по цифровизации, направленные на то,  чтобы организация (министерство, государственный аппарат) стала более гибкой, способной к изменениям, и лучше справлялась со своей работой.

В чем польза для государства? Снизить издержки. Для граждан – удобство и скорость получения услуг (справок, разрешений и пр). При переходе участников рынка на цифровую платформу последняя берет на себя часть функций регулятора. Государство может создавать цифровые платформы на тех рынках и в отраслях, где это разумно и выгодно.Это инструмент  модернизации отраслей в пользу более справедливой и прозрачной конкуренции, и более спокойных отношений между гражданами и государством (незамутненных очередями, бюрократизмом и коррупцией).

Впрочем, чем станет цифровая трансформация в исполнении команды Зеленского, еще менее понятно, чем дигитализация. Ясно одно - откуда, образно говоря, "дует ветер". А подул он с Востока...

Года три назад о значении цифровых технологий заговорили на G20. Так в 2016 году в Ханчжоу страны G20 одобрили документ под названием «Инициатива развития и сотрудничества в области цифровой экономики G20», в которой предлагалось общее понимание, принципы и ключевые сферы цифровой экономики. Позднее в Дюссельдорфе была одобрена «Дорожная карта цифровизации: политика в цифровое будущее». Помимо красивых общих слов и пожеланий в духе «цифровая грамотность и навыки должны быть элементами всех форм образования и профессиональной подготовки», в документе отмечались и проблемы. Например, упоминался «гендерный разрыв», поскольку женщинам, конечно, труднее обретать цифровые навыки.

Стоит отметить, что идея «цифровой экономики» развивается уже не первый год не только в странах  G20, но и в соседней с нами России. Определены  основные направления, «сквозные технологии»: искусственный интеллект, робототехника, массивы данных, системы распределенного реестра, квантовый компьютинг, новые производственные технологии, промышленный интернет, беспроводная связь, виртуальная и дополненная реальность. В июле подписаны соглашения между правительством и крупнейшими организациями с целью развития высокотехнологичных направлений.Приняты и первые планы (дорожные карты) по их развитию, включая исполнителей, финансирование и т.п. То есть пока что это только «планов громадье» и – расходы. Серьезных достижений пока нет.

Бесспорно, что цифровизация, это тренд. Платформы Uber и Бла-Бла-Кар помогают пассажирам и таксистам. Платформа по аренде жилья AirBnb – встретиться арендодателям и арендаторам. Платформа Kickstarter позволяет разработчикам найти средства на реализацию своих идей. Платформа Upwork в США и аналогичные ей – помогают найти работу или работников. Платформы как бизнес-модель открывают новые возможности и даже меняют экономические принципы.

Но есть и другие примеры. Как всегда, есть не только выигравшие, но и проигравшие. На практике дигитализация выгодна, прежде всего, торговым компаниям и банкам, хотя и не только им. Смысл, который обычно в нее вкладывают – оптимизация производства, анализ данных, роботизация, удаленный контроль. Дигитализацию проводят такие разные организации, как аэрокосмическое агентство NASAили нефтедобывающий гигант Equinor. Проводят по-разному, и успехи от нее тоже разные. Например, в Эквиноре за год сэкономили 24 тысячи часов рабочего времени (хотя, учитывая, что в компании работает 20 тысяч человек, выходит всего по 1,2 часа на сотрудника в год).

Есть и другие цифры. На практике только 15% проектов по дигитализации предприятий оказались успешными. Большинство проваливаются. И тому есть причины.

 

Обратная сторона дигитализации.

Прежде всего, это вопросы безопасности, стандартизации, подготовки кадров. С кадрами более-менее понятно: глава Кабмина  А.Гончарук уже заявил, что правительство создает фонд «IT Creative», который будет готовить новых IT-специалистов. Что интересно, фонд будет финансироваться за счет специального сбора, который будет расти от 1% в 2020 году до 5% в 2024 году. Уже в 2020 году это составит 500 млн. гривен, а затем расширится до нескольких миллиардов.

По остальным аспектам не все так просто. Публикаций о рисках дигитализации достаточно много. Хорошим индикатором этих рисков является Allianz Risk Barometer. В издании 2016 года было опрошено более 800 риск-менеджеров и экспертов по корпоративному страхованию из более чем 40 стран и различных отраслей, в том числе, очевидно, самой страховой отрасли.Большинство компаний беспокоятся не только из-за различных аспектов цифровизации, но и опасаются технологических инноваций как таковых. Как оказалось, компании больше опасаются не природных катастроф, а кибер-инцидентов. Риск кибер-инцидентов вошел в топ-3 (28% опрошенных).

В издании 2019 риск кибер-инцидентов поднялся еще выше в рейтинге, и занял второе место, уступая лишь риску прерыванию бизнеса (37% и 42% соответственно). Как мы видим, страх опасностей цифровизации за это время заметно усилился.  Природные катастрофы - только на третьем месте. На седьмом месте – опасность новых технологий (ИИ, нанотехнологии, 3Д-печать, растущая взаимосвязанность, блокчейн и пр.).

В своих выводах авторы обзора отметили, что отличительной чертой атак вирусов WannaCry и NotPetya в 2017 году было прерывание деловых связей, что нанесло тяжелый удар по многим торговым и промышленным компаниям. Страховщики фиксируют растущее число случаев тяжелых потерь, нанесенных кибер-инцидентами, когда убытки превышают 100 млн долларов. Кроме того, многие инциденты являются следствием технических сбоев или человеческих ошибок, а не злонамеренных действий. Анализ, проведенный регулятором финансовых услуг Великобритании, показал увеличение на 138% технологических сбоев в течение года, причем только 18% инцидентов были кибератаками. Простой подсчет показывает, что остальные 120% кибер-инцидентов являлись следствием той самой цифровизации.

Выводы? При проведении дигитализации (и тем более – цифровой трансформации) необходимо предусмотреть финансирование и подготовку специалистов по кибер-безопасности. Но еще важнее – планово обучить кадры, поскольку, как показала практика, иная блондинка, «просто тыкнув не туда» пальчиком, может нанести фирме немалый ущерб. Даже такая вещь, как автоматическое обновление операционной системы Windowsможет надолго «подвесить» компьютеры в офисе.

 

Электронное голосование.

Одной из важнейших возможностей дигитализации явлется электронное голосование. Для Украины она особенно важна, учитывая количество трудовых мигрантов и перемещенных лиц. Год назад Европарламент выпустил документ под названием «Digital technology in elections» в котором обрисовал ситуацию по цифровым технологиям на выборах и свою официальную позицию.

Основная проблема здесь – подтверждение личности избирателя. Решается она по-разному. Например, в Венесуэле избирателей верифицировали по отпечаткам пальцев, но оказалось, что система дает 11% сбоев (хотя и помогла задержать немало преступников). Есть и другие примеры: одна из беднейших стран мира – Сомалиленд применила для верификации сканирование радужной оболочки глаза, и вполне успешно.

Сложности возникают самые разные. К примеру, в 2007 году Нидерланды, после десяти лет электронного голосования, отказались от него. То же самое сделала и Ирландия. И наоборот – есть пример Эстонии, где голосование через Интернет постепенно стало популярным. На выборах 2017 года 32% проголосовало через Интернет. Пока что официальная позиция Евросоюза по этому вопросу очень осторожна: ЕС признает потенциал цифровых технологий в отношении социально ущемленных групп (инвалидов, мигрантов и пр.), но настаивает на необходимости предотвращать фальсификации на выборах и гарантировать тайну голосования.  

Таким образом, планы по дигитализации, по идее, должны предусматривать и введение электронного голосования – по крайней мере, для украинских трудовых мигрантов, инвалидов и перемещенных лиц. Позиция официального Брюсселя говорит именно об этом. Но вот будет ли реализована такая идея в Украине – большой вопрос, который очень стоило бы задать представителям новой власти...

Несмотря на все сложности и риски дигитализации, стояние на месте – это не лучший выбор. Планы и обещания "державы в смартфоне" это одно, а реализация планов, снижение рисков - совсем другое. Конечно, новой власти хочется набрать политические очки, пока нет особых достижений. Вопрос только в том, в какой процент попадет команда президента Зеленского – в число тех, кто выиграл от дигилизации, или тех, кто проиграл.

А.Маклаков

Блоги

Публікації

X
X

Партнери